И. В. Страхов, ведущий программы «Вести — Санкт-Петербург» (канал «Россия»), выпускник факультета журналистики СПбГУ 1994 года

БЕЗ ФАКУЛЬТЕТА НЕ СТАЛ БЫ ЖУРНАЛИСТОМ

Я никогда не хотел быть журналистом. После школы пошел поступать на психфак. Но… балла не хватило. И пришлось идти в армию. Там мигом повзрослел. А когда вернулся, в 89-м году, в стране все бурлило, средства массовой информации буквально взорвались. Журналисты были этакими искателями сокровищ, чего-то спрятанного. И я понял, что именно эта профессия мне интересна, — вдруг почувствовал, что это мое.

Вот и получилось, что учились в такое время, когда страна ломалась. Поступили в Ленинградский университет, а закончили Санкт-Петербургский. Прямо на глазах исчезали из расписания — «История партии», «Научный коммунизм», другие предметы. Очень забавно было, я помню, сдавали экзамен Александру Федосеевичу Бережному. Кто-то из наших говорит: «Я люблю Ленина…» что-то в этом духе. А он отвечает: «Что вы мне рассказываете, говорите, как думаете!»

О вступительных испытаниях остались очень забавные воспоминания — я их сдал как-то слишком легко. Творческий конкурс прошел, за сочинение получил пятерку. У меня природная грамотность, я даже не готовился особенно. Кстати, нам потом старшекурсники сказали, которые в приемной комиссии работали, что было всего две пятерки. Одна из них моя. Шутили, что с таким «зачетом» на факультет уж точно возьмут…

Не успели мы прийти в университет, как нас тут же всем курсом отправили под Выборг — в колхоз, на картошку. Там все перезнакомились. Целый месяц жили очень весело, еще и денег заработали. Помню, стипендия была 40 рублей, а мы заработали целых 150!

Подружились. Половина курса — из других городов. Я помню, ездил даже в Карелию в гости. Возил друзей на экскурсию в Кронштадт — я там родился, до сих пор езжу туда к родителям.

Забавно, общежитие мне не давали: в паспорте стояла печать «Место жительства — Ленинград». А паром ходил не регулярно, мы шутили: в туман и зимой паром не дождаться… Поэтому пришлось снимать комнату, правда, от университета далеко, на проспекте Большевиков.

Честно, в общежитие не тянуло даже. И веселой студенческой жизни там я не завидовал. Просто за два года в вооруженных силах свободой и самостоятельно-стью наелся досыта.

Первую сессию до сих пор вспоминаю с ужасом — так боялся первых университетских экзаменов. У нас был строгий преподаватель по литературоведению по фамилии Руденко, умный был, а мы все, вчерашние школьники, глупые… Какое там литературоведение… Он-то и поставил мне первую четверку. А самый сложный экзамен был по русскому языку, у Нины Георгиевны Бойковой. Я тогда впервые в жизни учил всю ночь — 10 минут только спал. Зато сдал на отлично. Хорошо помню Гаяну Галустовну Анпеткову-Шарову, Владимира Георгиевича Осинского, Геннадия Николаевича Петрова. Спасибо преподавателям с филфака. Столько хороших книжек прочитал благодаря им. Я шпаргалками не пользовался, но вот имена многочисленных героев романов забывал. Делал себе такие… подсказки. Этого — так зовут, этот — такой-то.

Работать пошел на первом курсе — на телевидение, как мечтал. Мы с однокурсниками пришли на Чапыгина. Попали в молодежную программу «Крыша». Там я сделал свой первый сюжет — аж на 12 минут. Между прочим, на очень серьезную тему — про восстановление Троицкого собора. Он тогда разрушенный стоял. Мы там с друзьями лазали везде — все тайники изучили, столько интересного нашли. Можно сказать, свое маленькое расследование провели. Так вот и началась моя телевизионная карьера. Но лекции все равно старался не пропускать... В 90-м году, правда, отвлекся на работу в печати. Мы с приятелями в Кронштадте создали свою газету «Кронштадтское время», вообще с нуля. Я сам освоил верстку, два года главным редактором работал. Между прочим, наши труды выходили тиражом в 15 тысяч экземпляров — на весь город. Но потом телевидение все-таки победило. Газету я бросил и все время посвящал работе на Чапыгина.

Особые отношения были с физкультурой. Я записался, помню, на спортивное ориентирование. Съезжу раз в семестр в Кавголово, прокачусь на лыжах по зимнему лесу — и зачет в кармане. Здорово!

Зато просто ненавидел экономику сельского хозяйства — был у нас такой предмет. Может, потому, что я в городе вырос, про коров слушать категорически не хотелось…

Факультет сейчас очень красивый, а когда мы учились, там лестница была стертая, по ней можно было, как с горки, ездить.

Помню наше чудесное факультетское кафе. Там стоял такой старинный кофейный аппарат, рядышком чашечки такие советские — с утятами, с белочками… Мы на большом перерыве прибегали туда, ели сосиски с кислой капустой и пили кофе. Чудесный был кофе. Могу смело сказать, вкуснее я в жизни не пил больше никогда. Такой особый, студенческий… Свежий.

А еще у нас с друзьями была традиция: день стипендии — день цыпленка табака. На пересечении Съездовской линии и Среднего проспекта была чудесная кафешка — необыкновенно вкусные там были цыплята…

Сейчас факультет другой. Не чужой мне, просто другой. А вот студенты такие же. Я иногда прихожу, встречаюсь с ними и замечаю: журналисты во все времена — с чувством собственного достоинства.

Записала М. Торлопова

НОВОЕ В ФОТОАРХИВЕ
Логин
Пароль
запомнить
Регистрация