Санкт-Петербургские ведомости: Сергей Ильченко о советском фильме «Бег»

Источник

Дата: 21 января 2021 года

«Бег» еще не окончен. Советскому фильму исполняется 50 лет

50 лет назад на экраны советских кинотеатров вышел фильм режиссеров Александра Алова и Владимира Наумова «Бег». Как было сказано в титре, следующем за названием фильма, – «по мотивам произведений М. А. Булгакова». Ниже следовала не менее важная надпись: «литературный консультант – Е. С. Булгакова».

В основе пьесы «Бег» – воспоминания и впечатления супруги автора Елены Сергеевны от той эмиграции, в которой она оказалась в начале 1920-х годов. Подзаголовок нового сочинения Михаила Афанасьевича, созданного для МХАТа в 1926 — 1927 годах, был выразителен – «пьеса в четырех действиях и восьми снах». Что и породило первоначальное название будущего фильма – «Сны о России». Красивую метафору позже заменили на более категоричное и идеологическое – «Путь в бездну». И только после того как съемки были закончены, режиссерский дуэт Алова и Наумова (они же были и авторами сценария) вернулся к короткому, как выстрел, названию – «Бег». Что и стало одним из главных лейтмотивов цветной и широкоформатной картины.

Другие булгаковские тексты «присутствовали» в сюжете фильма в виде нескольких эпизодов. Таких, например, как массовая сцена роспуска полка (из «Белой гвардии») и якобы придуманная Е. С. Булгаковой трагическая интермедия о тройном самоубийстве офицеров по предварительному сговору. Явление гробовщика, предлагающего господам офицерам побриться, воистину «большой привет» от Михаила Афанасьевича.

Но главным и потрясающим моментом экранизированного советскими режиссерами «Бега» были панорамные картины оживающих на экране эпизодов снов генерала Хлудова. Это было необычно, это было эффектно и, самое главное, создавало на экране образ тех видений, которые в тексте булгаковской пьесы существовали только в монологах самого генерала. Что и должно было стать образом душевных мук Хлудова, одного из главных персонажей всей картины. Выбор исполнителя этой роли предопределил трагическое звучание всего созданного экранного зрелища.

Первоначально предполагалось, что роль Хлудова (прообразом которого для Булгакова послужил белый генерал Слащев) сыграет Глеб Стриженов, которому уже начали подбирать грим и костюмы. А омский актер Владислав Дворжецкий пробовался на другие роли. Буквально в последний момент Алов и Наумов решили рискнуть и предложили Дворжецкому сняться в кинопробе, сыграв одну из самых сложных сцен пьесы, когда есаул Голован читает Хлудову Библию. Внешний облик соискателя, его взгляд, обращенный внутрь себя, графический точеный профиль и речь, будто во сне, – все это и решило судьбу образа. И он стал центральным в саге о крахе Белого движения и о стремительном беге старой, прежней России прочь из России новой.

Нельзя сказать, что «Бег» был первым фильмом на эту больную для нашей страны тему. В 1968 году вышел фильм Евгения Карелова «Служили два товарища», в котором была рассказана история крымского поражения белых. Были эпизоды о нелегкой судьбе русских эмигрантов после революции и в фильме Леонида Лукова «Две жизни» (1960 г.). В прокате 1971 года «Бег» собрал 19 миллионов 700 тысяч кинозрителей. В тот же год явилась публике третья серия экранных приключений «неуловимых мстителей» – «Корона Российской империи», авантюрно-комедийная версия на тему белой эмиграции. Этот фильм собрал в кинозалах в три раза больше зрителей, чем «Бег», – 60 миллионов.

Заметим, что пьеса «Бег» не была запрещена к постановке. Ее ставили и в Москве, и в Ленинграде, и в Сталинграде. Но то были отдельные тематические прорывы в довольно однозначной тогда оценке той части русского общества, которая после 1917 года не приняла советскую власть и предпочла разными путями покинуть Родину.

При этом вызывала некоторые сомнения сама фигура Михаила Булгакова, чьи тексты возвращались в культурный обиход отечественной интеллигенции. Публикация романа «Мастер и Маргарита» в журнале «Москва» (1966 – 1967 гг.) была из этого ряда. А уж экранизация «Бега» тем более. Однако не все зрители были в восторге от увиденного. Помню, как в 1970-е годы один из уважаемых мною профессоров ЛГИТМиКа резко критиковал картину Алова и Наумова за то, что они исказили суть булгаковской пьесы. Смысл его аргументов был таков: Булгаков сочинил «Бег» о том, как русская интеллигенция жаждала революции, свободы, а когда пришло время терпеть и мужественно переносить все ужасы и тяготы строительства нового мира, она (интеллигенция) оказалась к этому не готова. Ей пригрозили раскаленной иглой (сцена с приват-доцентом Голубковым в контрразведке белых), и она была готова предать всех и вся, подписать любое абсурдное признание. По сути, получился яркий трагифарс о том, что не стоит убегать в эмиграцию, а надо возвращаться на Родину, как бы тяжело это не было.

«Бег» образца 1971 года как раз и явил различные варианты судеб тех, кто либо вернулся, либо не смог (или не захотел). В числе первых Голубков (его сыграл Алексей Баталов) и Серафима Корзухина (Людмила Савельева). В числе других – экс-муж Серафимы Корзухин (блистательная работа Евгения Евстигнеева), генерал Чарнота (не менее блистательная роль Михаила Ульянова) и, конечно, Роман Хлудов – Владислав Дворжецкий.

Коллекция исполнительских удач в этой картине велика. Что ни сцена, то мы видим актерский шедевр. К перечисленным именам добавим Николая Олялина (вестовой Крапилин), Татьяну Ткач (Люська), Владимира Осенева (Тихий), Готлиба Ронинсона (грек-сладострастник), Бруно Фрейндлиха (белый главнокомандующий). И как не вспомнить ставшую классикой сцену игры в карты в парижской квартире Корзухина, ударный комический эпизод с финальной репликой экс-возлюбленной бравого генерала: «Чарнота! Купи себе штаны».

Однако этот фильм – не просто каскад ударных сцен. Он – целостное и эпическое зрелище, где бег, бегство – от Родины, от самого себя – может превратить любого русского человека в изгоя без веры и Отечества. Как сам себя характеризует в финале фильма Чарнота-Ульянов: «Агасфер! Летучий я голландец!». И отправляется вновь делать ставки на тараканьих бегах.

Одинокая фигура Хлудова в окружении бродячих псов – еще один эффектный образ финала бегства. А Голубков с Серафимой плывут на переполненном теплоходе обратно, в Россию. И видится им тот самый снег, который они так и не увидели в Стамбуле. И несет их судьба по этому снегу в неведомую даль...

Прошло с той поры полвека, а «бег» представителей элит из России по-прежнему продолжается. У каждого свои резоны. Может быть, перед отъездом куда-нибудь в Лондон или Берлин им устраивать прощальный просмотр «Бега»?

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 9 (6847) от 21.01.2021 под заголовком ««Бег» еще не окончен».

НОВОЕ В ФОТОАРХИВЕ
Логин
Пароль
запомнить
Регистрация