Все дело в интонации. Со дня рождения писателя Юрия Трифонова - 95 лет
Сегодня исполняется 95 лет со дня рождения писателя Юрия Трифонова

Источник

Дата: 28 августа 2020 года

Автор: Сергей Ильченко

Его повести и романы именуют почему-то «московскими», хотя их героями могли стать жители любого советского мегаполиса. Ибо у большинства из них была та самая другая жизнь, которая порою растворялась в заботах о сохранении жилплощади («Обмен») или терялась в заботах о хлебе насущном и росте благосостояния («Предварительные итоги», «Долгое прощание»). Слух Трифонова был настроен на ту аудиторию, для которой история, культура, литература не были пустым звуком или только поводом посудачить ночью на кухнях. Для нее книги были тем самым пространством внутренней свободы, которую было сложно отнять.

ерои его городских сочинений – почти сплошь деятели гуманитарного труда, что выдает в творениях писателя автобиографические мотивы. И здесь, конечно, очевидна недостижимая для многих нынешних авторов, номинантов и лауреатов литературная вершина – роман «Дом на набережной», в котором история в ее драматическом развитии переламывает и перемалывает судьбу обитателей символического здания напротив Кремля. В этом доме и жил в юные годы сам Юрий Трифонов. Сегодня фасад украшает соответствующая мемориальная доска. Именно в «Доме на набережной» писатель сплавил воедино выжигавшую его изнутри тему революции и ее жертв (роман «Старик», повесть «Отблеск костра») и то, каким образом завязываются в тугой узел отношения советской (читай: нынче – российской) интеллигенции с той самой реальностью, в которой им приходилось отправляться на службу, как на подвиг.

Тексты Трифонова были зеркалом, в котором отражалась эта плохо постигаемая поколением нынешних сорокалетних мучительная тоска по лучшей жизни, приправленная острой необходимостью беречь чувство собственного достоинства, (с)охранять свои жизненные принципы, не допуская компромиссов с совестью. Герои Трифонова либо способны на компромисс, либо находятся в состоянии постоянных душевных сомнений.

В отличие от своего ленинградского коллеги Александра Володина, выдавшего драматургическую индульгенцию «братьям по классу» (прежде всего в «Осеннем марафоне»), Юрий Трифонов оказался более беспощаден к духовным метаниям героев с университетскими дипломами. Он будто бы в течение десятка лет подряд сбрасывал завесу иллюзий.

Прозу Юрия Трифонова в условиях современной спешки и цифровизации надо читать медленно, смакуя детали, а порою саму интонацию автора, жившего и творившего в то время, когда не было ни компьютеров, ни мобильников. Радио слушали, телевизор смотрели, а книги – читали. «Люди обижаются не на смысл, а на интонацию, _ встречаем мы реплику автора в повести «Другая жизнь», – потому что интонация обнаруживает другой смысл, скрытый и главный».

Стоит сегодня перечитать Юрия Трифонова, чтобы этот смысл уловить. А заодно понять, отчего так радостно и с упоением его герои и его читатели через несколько лет после кончины писателя бросились рушить весь уклад той самой жизни, которую они так внимательно рассматривали в зеркале его текстов.

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 153 (6751) от 28.08.2020 под заголовком «Все дело в интонации».

НОВОЕ В ФОТОАРХИВЕ
Логин
Пароль
запомнить
Регистрация