Ю. В. Лучинский 
Кубанский государственный университет
«Правительство лжи»: феномен «постправды» Стива Тесича
В материале рассматривается феномен появления термина «постправда» в контексте истории публикации эссе сербско-американского драматурга Стива Тесича «Правительство лжи» в еженедельнике «The Nation». Анализируется политическая составляющая нарратива Тесича в прогностическом аспекте. 
Ключевые слова: постправда, «The Nation», «слово года», Стив Тесич, Уотергейт, война в Персидском заливе, дело «Иран-контрас».

Yu.V. Luchinsky
Kuban State University
«The government of lies»: the phenomenon of Steve Tesich’s «post-truth» 
The material deals with the phenomenon of the appearance of the term «post-truth» in the context of the history of the publication of the essay by the Serbian-American playwright Steve Tesich called «A Government of Lies» in the weekly «The Nation». The political component of Tesich's narrative in the prognostic aspect is analyzed.
Keywords: post-truth, The Nation, word of the year, Steve Tesich, Watergate, the Persian Gulf War, Iran-Contra affair.

Термин «post-truth» («постправда») не так давно отпраздновал юбилей своего появления, о чем в ноябре 2016 года сообщил американский журнал «The Nation», в котором этот термин появился впервые.  
В статье под названием «Постправда и ее последствия: что эссе 25-летней давности говорит нам о текущем моменте» журналист Ричард Крейтнер писал: «В прошлом месяце «Оксфордский словарь» номинировал «постправду» на звание «слово года» в 2016 году. Он определил значение слова как описание «обстоятельств, при которых объективные факты менее важны для формирования общественного мнения, нежели апелляция к эмоциям и собственной убежденности». По версии Оксфорда, это слово было впервые использовано в январе 1992 года в статье сербско-американского драматурга Стива Тесича, которая была опубликована в нашем журнале».  
Термин «постправда», предложенный Стивом Тесичем (Steve Tesich, Stojan Tešić, Стојан Тешић, 1942–1996) и широко используемый в настоящее время в текстах, связанных с анализом или описанием IW («information warfare»), появился в еженедельнике «The Nation» не случайно. В 1991 году между «The Nation» и Министерством обороны США разгорелся серьезный конфликт, причиной которого стали ограничения, введенные министерством обороны для пресс-пулов при освещении войны в Персидском заливе. 
10 января того же года журнал подал в суд на Министерство обороны, а результатом этого иска стало знаменитое дело «Nation Magazine v. United States Department of Defense». Решения по данному делу так и не последовало, но оно вызвало широкий резонанс в обществе, так как касалось трактовки первой поправки к Конституции США.
6 января 1992 года, то есть год спустя после подачи иска к Министерству обороны, в «The Nation» было опубликовано эмоциональное эссе Стива Тесича под названием «Правительство лжи» («A Government of Lies»), в котором автор проводил параллели между политикой Джорджа Буша-старшего, делом «Иран-контрас» и Уотргейтом. 
Он проанализировал информационную политику правящих кругов США с точки зрения официальных заявлений, приводивших к серьезным военно-политическим последствиям, которые спустя некоторое время оказывались ложными и опровергались, но не имели ни малейших последствий для тех, кто озвучивал подобные намеренные «фейки».
В качестве отсчета была военная операция США в Персидском заливе, где для оправдания видимости ее законности была задействована откровенная ложь на самом высоком уровне – от сообщений посла в Ираке до президента Буша-старшего, который смог убедить конгресс США в необходимости начала военных действий. Но самое главное – роль информационного сопровождения всей этой авантюры, имевшей геополитические последствия.
Люди начинают привыкать к симулякрам, к утвердившейся атмосфере «пост-правды»: «Мы быстро становимся прототипами людей, о которых тоталитарные монстры могли только мечтать, мечтательно пуская слюни. Всем диктаторам прошлого нужно было много потрудиться, чтобы подавить истину. С нами можно по-иному, мы приобрели иммунитет, который может отрицать любую истину. Кардинальным образом мы, как свободные люди, свободно решили, что хотим жить в каком-то мире пост-правды». 
Феномен «пост-правды» наиболее действенен на геополитическом уровне, так как именно там пост-правда выходит на первый план при формировании современной медийной повестки дня, при этом уже сформировавшиеся и, казалось бы, аксиоматические интерпретационные практики начинают терять свою былую привлекательность.